Вот городские стены, враг у врат

Вот городские стены, враг у врат!
И Змей, как уговор был, ввысь взмывает.
Огнём плюётся, сея боль и ад,
На башни пламя яростно бросает.
Взревела стража, трубы затрубили…

«На бой со Змеем! Защитим наш дом!»
К воротам главным силы устремили,
Оставив замок под слепым дождём
Тревоги, криков, гром мечей.

А воевода, шапку натянув,
Скользнул, как тень, за суматохой вслед.
Никем не видим, страхи оттолкнув,
В покоях спальни искал ответ.
Сердце стучит, но шаг его неслышен.

Нашёл он кубок, где вино искрится,
И зелье Кощеево туда подлил.
Вошёл и князь, с лицом чернее ночи,
Не видя гостя, чашу осушил.
И дрогнул князь! Туман из глаз пропал,
Прозрел, от сна очнулся.
Что натворил он, с ужасом в тот час же осознал,
И к памяти неясной прикоснулся.
«Дружина! В темнице!» – крикнул он,
«Что сделал я?!» – и к выходу рванулся.

Бежит он к башне, где томятся все
Дружина, и воеводы верная жена.
Срывает цепи, шепчет: «нет
мне оправданья, выпита до дна
Вся чаша горя, что я вам принёс!»
жива и воеводы благоверная жена!

Но в тот же миг, в далёком тёмном зале,
Где колдовал злой чародей седой,
Узнал он всё. Глаза его сверкали,
Как угли в печи, яростью слепой.
«Меня посмели обмануть, глупцы!
Проклятье вам!» – он в бешенстве вскричал.
И чёрным дымом, словно рвут концы все нити мира, в воздухе пропал.

«Но я вернусь! – раздался голос злой, –
И месть моя настигнет вас везде!
Заплатит каждый за обман такой!»